Общественно-политическая структура, культура и религия римской Тиры

1. Этнический и социальный состав населения. Уже в самом начале исследования Тиры было правильно отмечено, что в городе проживали как «коренные граждане», так и люди, которые «не пользовались правом местного гражданства», но определение общего количества населения и соотношения числа граждан, прочих свободных и рабов возможно лишь предположительно. Учитывая возрастающее количество посуды сарматского и гетского облика и принимая во внимание сообщения античных авторов, непосредственно знакомых с положением территориально близких греческих городов в I в., можно предполагать количественный рост местного населения и в римской Тире; однако небольшие размеры раскрытого раскопками участка городских кварталов и случайный характер находок на некрополе дают возможность лишь констатировать наличие среди горожан зажиточной прослойки, не раскрывая особенностей социальных противоречий. Поэтому не подлежащее сомнению деление жителей города на «греков, римлян и варваров, свободных и рабов, уроженцев государства и иностранцев, граждан государства и тех, кто только пользовался его покровительством» не получает на тирасском материале достаточной конкретизации.

Немногим более сведений дают эпиграфические документы. Надписи сохранили только имена, не всегда однозначно свидетельствующие об этнической принадлежности своих носителей. Кроме того, эти имена принадлежат только полноправным гражданам, притом принимавшим активное участие в муниципальной жизни; наконец, полиэтничность имен далеко не прямо отражает подлинную этноструктуру популяции. Но при всем том нельзя не отметить, что среди архонтов, булевтов и верхушки граждан. Тиры наблюдается значительное разнообразие антропонимических данных; здесь мы находим граждан, носящих правильно образованные трех или двусоставные римские имена,— например, Публий Элий Каль

Марка Аврелия (куплен в 1982 г.), асе Фаустины Младшей, антонинианы Гордиана III, Гордиана или Требониана Галла, Филиппа Младшего, Траяна Деция и Гостилиана. К этому следует присоединить драхму Септишя Севера, чеканен-ную в Кесарии Каппадокийской — эти монеты обращались на Востоке империи наравне с денариями— и два сильно изношенных сестерция II в. (Траян или Адриан и Марк Аврелий или Коммод следует учесть также находки на хоре).

Монеты Тиры обращались вместе с римскими денариями на поселениях ти-расской хоры и проникали за ее пределы. Не касаясь здесь монет Домициана, Септимия Севера и Каракаллы, найденных в святилище Ахилла на Левке, и неопределенных указаний на находку тирасских монет II в. на территории бывшего Аккерманского уезда следует назвать монету Антонина Пия из с. Желтый Яр Татарбунарского р-на. О распространении монет Тиры на восток свидетельствует небольшой клад из Овидиополя, отдельные находки оттуда же, из долины р. Барабой и из Одессы, а также находки на Тендре.

Тира в конце III—IV в. н. э. Конец античного города
1. Археологические памятники поздней Тиры. До сравнительно недавнего времени судьба Тиры после варварских нашествий середины III в. была неизвестна, но накопившиеся материалы показывают, что разрушение жилых кварталов и цитадели не было концом ее истории. Размещался ли здесь после возобновления жизни новый римский гарнизон, неизвестно, ...

Военные корабли 
Практически все исследователи делят античные корабли по их назначению на две основные группы: торговые и военные. Главным отличительным признаком этих групп является отсутствие или наличие тарана. И это естественно, ведь именно он явился первым морским вооружением и, почти конструктивно не изменяясь, просуществовал до эпохи пороха, невз ...

Внешняя политика России при Александре I. Войны с Ираном и османской империей
К началу XIX в. определились два основных направления во внешней политике России: ближневосточное – борьба за укрепление своих позиций в Закавказье, на Черном море и на Балканах и европейское – участие России в коалиционных войнах против наполеоновской Франции. При вступлении на престол Александра I одним из первых его актов было восст ...