Публицистика и художественные произведения.

Страница 6

Подготовка 7 тома стимулировала изучение Пестеля. Наибольшую роль здесь сыграли исследования Б. Е. Сыроечковского. Им была задумана большое монографическое исследование жизни и мировоззрения Пестеля. Однако замысел не был доведен до конца. Сыроечковский успел написать лишь цикл статей о декабристе, посвященных различным сторонам его деятельности. Можно сказать, что смерть помешала ученому довести работу до конца. Однако, зная направление его поисков, выходящих за рамки истории тайных обществ, можно предположить, что если бы работа и была завершена, она вряд ли была бы в то время опубликована, по тем же причинам, по которым не была опубликована и монография Чернова. Пестель с его ярко выраженным честолюбием, стремлением к власти, неразборчивостью в средствах с трудом укладывался в рамки революционной морали, предписываемой советской идеологией.

Зато в эти рамки прекрасно уложилась вышедшая в 1955 г. двухтомная монография М. В. Нечкиной «Движение декабристов», явно претендующая на то, чтобы стать официальной директивой для дальнейшего изучения декабризма. После монографии В. И. Семевского это был второй обобщающий труд. Однако, в отличие от своего предшественника, нечкинская монография насквозь конъюнктурна. Декабристы, в ее изображении, несгибаемые революционеры. История тайных обществ представлена исследовательницей как путь последовательного революционного созревания. Все противоречия движения сняты, отрицается как влияние на декабристов европейской идеологии, так и их связь с правительственным либерализмом.

Наступившая в 1956 г. хрущевская «оттепель» открыла возможность для критического осмысления двухтомника Нечкиной. Главным ее оппонентом выступил Ю. Г. Оксман и его ученики. Оксман, в целом оставаясь в рамках революционной легенды о декабристах, считал неправомерным стремление Нечкиной всячески расширить масштабы движения и записывать в декабристы всех без исключения членнов тайных обществ. Еще задолго до появления монографии Нечкиной, в конце 1940-х гг. между Оксманом и выдающимся историком литературы Г.А. Гуковским развернулась полемика о том, кого считать декабристами. По независящим от ученых причинам (сначала сидел Оксман, а когда он вышел, то вскоре был арестован и умер в тюрьме Гуковский) эта полемика не появилась на страницах печати и в настоящее время она известна лишь в изложении их ученика В. В. Пугачева. В двух своих монографиях «Пушкин и русские романтики» и «Пушкин и проблемы реалистического стиля» Гуковский изложил свою концепцию декабризма как особого стиля в литературе, и шире культуре. Декабризм, в его представлении — «это большое идеологическое движение, захватившее почти всю передовую часть дворянской интеллигенции, создавшее целое мировоззрение и свою литературу, идейно и тематически многообразную. Кроме непосредственных участников политической революционной работы, было множество передовых людей, примыкавших к движению, сочувствующих ему, составлявших его идеологический резерв; среди них могли быть люди, ничего не знавшие о тайных обществах, но захваченные в большей или меньшей степени тем же потоком идей, тех идей, которые, закономерно вырастая на почве самой исторической действительности, свое прямое политическое выражение получили в тайных обществах. Как и всякое другое значительное и передовое идеологическое течение, «декабризм» проявился не только в области политических идей. Он оформил мировоззрение — и философское, и моральное, и эстетическое, он создал свой тип человека-героя, отмеченного специфическими чертами и в бытовых своих проявлениях, и во всем своем поведении; он создал свой стиль литературный в том числе» (Гуковский Г. А. Пушкин и русские романтики. М., 1965. С. 175).

При таком широком взгляде на декабризм у Гуковского сложилась концепция декабристского финала «Евгения Онегина». По его мнению, герой романа в стихах, в последней главе пережив нравственное возрождение под влияние охватившей его любви к Татьяне, сделался членом тайного общества. Косвенное подтверждение концепция Гуковского находила в расшифрованных Морозовым «декабристских» строфах, якобы являющихся десятой главой «Евгения Онегина».

С этими идеями и полемизировал Оксман. Прежде всего Оксман значительно сузил круг лиц, кому, по его выражению, следовало вручать «партбилет декабриста». Критерием исследовательского отбора стало отношение к военной революции. Декабристы лишь те, кто на вопрос о революции давал положительный ответ. Что же касается «декабристского» финала «Евгения Онегина», то Оксман высказал вполне обоснованное сомнении в том, что расшифрованные Морозовым строки вообще имеют какое-то отношение к роману, так как ни один из его героев в них не упомянут.

Эмиграция и Великая Отечественная война («Вторая волна»)
Что же касается собственно советских граждан, то никогда еще такое их число не оказывалось одновременно за границей, как в годы Великой Отечественной войны. Правда, происходило это в большинстве случаев не только вопреки воле государства, но и вопреки их собственной воле. Можно говорить приблизительно о 5,45 млн. гражданских лиц, так и ...

Николай II и Государственная Дума. «Первая российская конституция»
События, развернувшиеся в конце 1905 - начале 1906 г., отнюдь не способствовали улучшению взаимоотношений между правительством и демократической общественностью. Нельзя сказать, что правительство не пыталось сделать ничего в духе обещаний Манифеста 17 октября. 27 ноября были изданы «временные правила» о печати, отменявшие предварительн ...

Производство боеприпасов
За три года войны общий выпуск всех видов боеприпасов предприятиями ГУЛАГа НКВД составил 70 700 000 единиц, или 104% плана. В том числе: мин М-82 и М-12025,5 млн. штук, ручных гранат и запалов - 35,8 млн. штук, противопехотных мин - 9,2 млн. штук, авиабомб - 100 тыс. штук. В неизменных ценах весь выпуск боеприпасов определяется в 12500 ...